Г. ПОЖЕНЯН: Владимир Высоцкий.
<Аплодисменты>
   Предыдущий оратор забыл реплику свою из фильма “Место встречи изменить нельзя”: "щас бы супчику горяченького, да с потрошками..." <Смех в зале> <Читает>:

<Смех, аплодисменты>
   Я, дорогие наши читатели, зрители и слушатели… я так обращаюсь к вам, ну, не кривя душой, потому что я действительно дорожу вами. Ибо без вас просто не к кому было бы обращаться, и то, что сегодня происходит здесь — это не просто развлечение, а это такая форма беседы, я так надеюсь, по запискам многочисленным, поступающим сюда. Вот. И, конечно, нужны ваши глаза, ваши лица, я надеюсь, как и все присутствующие. Мы вами дорожим в этом зале, и я не удивлён, что писатели благодарили вас за то, что вы пришли. Это прекрасно, что на такие творческие вечера, писательские, приходит так много людей, имея возможность сюда попасть и так далее.
   Ну а теперь перейдём к делу. Я хочу прочитать одно стихотворение. Видите ли, дело в том, что я сначала предполагал, что не буду здесь, и поэтому написал несколько таких маленьких э... ну маленьких таких песен, стихов, которые должны были бы транслироваться по... на плёнке, ну, то есть, по радио. Вот. Но, к сожалению, а, может быть, к счастью, я не уехал никуда. Вот. И, в связи с этим, нужно было срочно что-то такое переделывать. Вот. Что я и сделал. Пожалуйста, одно стихотворение, на которое не подобрана никакая музыка, а потом, может быть, маленькую песенку. <Читает>:

<Смех, аплодисменты>
   ГОЛОС: Держать?
   Да. Хорошо.
<На диктофоне идёт разговор, который заглушает часть слов В.В.>: Смешно. Щас он сам начнёт. — А, может, быть, может, будет, опять смешно? — Ничего, лекарство не надо. — Не надо. — Нет.
   Это недавно из-под пера, поэтому простите, что мне мой друг помогает. Спасибо. Это — “Письмо торговца ташкентскими фруктами с центрального рынка”. <Смех в зале>

<Смех, аплодисменты>
   Г.ВАЙНЕР: Всё равно тебя не отпустят… Что хочешь? Спой что-нибудь… Одну минуточку… Стоп! Мы сами походатайствуем… Спокойно… ну, что-нибудь одно спой… Всё будет.
   Вы знаете, они попросили мои друзья, чтоб я спел ещё э… песни, но я спою сегодня, с вашего позволения, для них, потому что песен у меня очень много, несколько сотен, у каждого из присутствующих по своей любимой, так что я всё равно всё не перепою, даже если мы сегодня, в честь их вечера, запрёмся с водкой на две недели, всё равно ничего не получится. <Смех в зале> Вот. <Аплодисменты> Поэтому… Поэтому я вас благодарю за внимание, это всё посвящено им, на это истрачено несколько каких-нибудь, там, ночных часов, но я хочу ещё сказать несколько слов, потому что я сразу как-то быстро перешёл к зарифмованным мыслям. Вот. А теперь в прозе немножечко. Я считаю, что Григорий Поженян чуть-чуть обошёл Вайнеров, когда в самом начале сказал, что э... кино хуже, чем повесть. Дело в том, что Вайнеры вместе с режиссёром Говорухиным придумывали этот сценарий, вот и э... я считаю, что не хуже, а немножечко по… по-другому. Дело в том, что ведь мы как-то обоюдно вышли друг на друга — они искали меня, а мы искали их со Славой Говорухиным, чтобы сделать это кино, то есть, желание было у нас обоюдное. Так что ничего… ни… никто никому ничего не… не нарушал, за исключением мелких ссор. Но всё равно считают, что, э… в общем, они вышли и режиссёр, и авторы победителями, а победителей не судят — их сразу сажают. Поэтому <смех в зале> так, я считаю что… дело в том, что они, я убеждён, они обо всём знали, что будет происходить на экране. Против кое-чего возражали, за что-то голосовали обеими руками, так что я думаю, что было бы так… в общем, всё од… на равных. Вот. И ещё я хотел вам сказать, что мне кажется, что очень много литературы, хорошей литературы, которая была в этом произведении, мне кажется, что это уже просто действительно настоящая литера… какой это детектив? — это литература. Не… об этом же разговаривают люди во всех газетах, какую-то дискуссию открыли, в письмах многочисленных, которые мы получаем, разговор идёт об этом, вовсе не о том как кто сыграл или как то лучше-хуже, похоже на книгу — не похоже, разговор идёт серьёзный: нужно ли действовать такими методами, как действует Шарапов, теперь уже полностью или всё-таки ещё немножечко оставить того, что делал Жеглов. Вот. Но это я говорю примитивно, а письма бывают действительно очень серьёзные. И я считаю, что в этом смысле вопрос в картине поставлен, и мне очень хочется, чтобы было продолжение, вот, потому что и я, и режиссёр не против, теперь всё дело за авторами, ну и, конечно, за милицией, которая даст материалы.
<Смех, аплодисменты>
   Г.ПОЖЕНЯН <тихо>: …теперь спеть можно… спой...
   Потом, ребята, потом.               
   Г.ВАЙНЕР: Понял, Володя.
<—>
   Г.ПОЖЕНЯН: Тут такая вот сложная ситуация возникла, понимаете, значит, был э... свыше заказан, значит, совершенно официально фильм о братьях Вайнерах, значит, причём фильм должен был срочно быть… сценарий должен был написан быть и фильм должен был быть снят очень быстро, поэтому поручили это Арканову…
   ГОЛОСА <в сторону>: <Неразборчиво>. А? Инину, да?.. <Неразборчиво>
   Г.ПОЖЕНЯН: Так, тут произошла некоторая заминка, да, фильм ещё не подвезли, говорят. А слово представляем Арканову.
<Аплодисменты>
   А.АРКАНОВ: После выступления э... младшего ответвления — прекрасного ответвления братьев Вайнеров, — э... их дочери э... <смех в зале> я бы хотел просто э... по поводу последнего будущего романа, который будет написан Вайнерами: "Книга о вкусной и здоровой пище", я б хотел просто, учитывая э... сочность описания некоторых продуктов — э... хотел бы дать название этой книге. Я думаю, что самое время назвать будет им книгу эту "Воспоминания о будущем". <Смех в зале> Вот. <Аплодисменты> Ну а э... постольку-поскольку, конечно, с одной стороны вроде бы ничего общего между юмором и детективом быть не может, с другой стороны — как это может быть м... вообще что-нибудь в этой жизни э... без юмора. Э... Поэтому мне хочется сегодня тоже э... как моим друзьям, как людям, которых я очень люблю и уважаю, и люблю читать их романы и повести, и люблю с ними время от времени разъедать вот то — о чём они здесь прекрасно пишут, мне бы хотелось тоже сегодня два слова сказать в их адрес, но, конечно, в определённом, так сказать, определённом э... жанре. Но и м-м... видимо, это нужно сделать э... в форме какого-то такого полуотчёта какого-то газетного, полулекции, полуобращения, э... которое здесь не предусмотрено.
   Уважаемые товарищи, сегодня весь советский народ и вся лучшая половина прогрессивного человечества отмечают знаменательное событие в культурной и уголовной жизни нашего общества. <Смех> Центральный дом литераторов проводит платный творческий вечер двух родных братьев по перу и по матери: Аркадия и Георгия Вайнеров.              
   Г.ВАЙНЕР: Загадка.
   А.АРКАНОВ: Зал до отказа забили друзья, родственники, писатели, работники милиции и прилавка, музыканты, валютчики, ручечники, фармазонщики и другие любимые герои их произведений. Краткая биографическая справка: Аркадий Вайнер старше Георгия — поэтому он родился раньше. Его мама — женщина умная и практичная немедленно рассудила так: мало ли что, времена в литературе нелёгкие, бережёного бог бережёт, один Вайнер хорошо, а два — лучше. <Смех> Пусть будет. Так родился Георгий. <Смех> Вопрос о выборе псевдонима возник сразу же по поступлению в школу. <Смех> Вайн... <Аплодисменты> Вайн в переводе с одного из языков народов нашей страны означает — вино. <Смех> Так возник вариант братья Винники. <Смех> Но однажды утром, после ночных народных гуляний, Аркадий сказал Георгию: "Жора, кого мы обманываем. Ты посмотри на себя — какой ты Винник". <Смех> После этого вопрос о выборе псевдонима отпал сам собой. Весть о творческом вечере братьев Вайнеров облетела планету. Со всех концов нашей страны и из-за рубежа начинают поступать отклики на это знаменательное событие. Москва. Большим подъёмом творческий вечер Вайнеров встречают жители многих областей: брянщины, орловщины, черниговщины, смоленщины, а также лондонщины, нью-йоркщины бонщины и женщины. <Смех, аплодисменты> Усть-Балык. <Смех, аплодисменты> Селекционеры животноводческого совхоза "Свидетельство о бедности" <смех> в ознаменование творческого вечера известных писателей вывели новую породу коров, которую назвали "Минотавр". <Смех> Новая корова отличается тем, что с одной стороны она не мычит, но зато с другой стороны — и не телится. <Смех, аплодисменты> На состоявшемся митинге выступивший директор совхоза заверил жителей района, что впредь они будут получать до шестнадцати килограммов произведений Вайнеров на трудодень. <Смех> Новости культуры. Учитывая блестящее исполнение роли горбуна в последнем фильме Вайнеров, миланский театр Ла Скала пригласил популярного артиста Армена Джигарханяна на роль Риголетто в одноименной опере. <Смех, аплодисменты>         
   Г.ВАЙНЕР: Гениальным славит.
   А.АРКАНОВ: Лондон. Английские лейбористы обратились с запросом к премьер-министру Великобритании Маргарет Тэтчер: что сделало английское правительство, чтобы обеспечить членов парламента билетами на творческий вечер Вайнеров? <Смех> Маргарет Тэтчер заявила, что она звонила по этому поводу Шапиро, но у него было занято. <Смех> Лейбористы поставили вопрос о доверии правительству. <Смех> Москва, Астраханский переулок. Как яствует из неофициальных источников братья Вайнеры приступили к новому роману со своей машинисткой. <Смех> По свидетельству машинистки — эта штука у них посильнее, чем Фауст Гёте. <Смех> Приказ по московской писательской организации. Первое: в ознаменование творческого вечера писателей братьев Вайнеров объявить воскресенье двадцатое января 1980 года нерабочим днём. <Смех> Организовать в ресторанном зале ЦДЛ дружескую встречу за счёт писателей А. и Г. Вайнеров, расходы по встрече разделить по-братски, время встречи двадцать один час, место встречи — изменить нельзя. Спасибо, спасибо. <Аплодисменты>      
   Г.ВАЙНЕР: Блеск! Первый класс. Бес...      
   А.ВАЙНЕР: Спасибо, мой дорогой.       
   Г.ВАЙНЕР: Беспредельно талантливо!       
   А.ВАЙНЕР: Аркаша, тебе народного дать...    
<Аплодисменты>

   Г.ПОЖЕНЯН: Где-то среди бесконечных наших товарищей, сидящих в зале, сидит прелестный актёр театра на Таганке Готлиб Михалыч Ронинсон. Мы просим его, если он, значит, не изменил своему желанию, подняться, пожалуйста, на сцену.
<Аплодисменты>
   Г.РОНИНСОН <тихо>: <Неразборчиво> 
   А.ВАЙНЕР: Почему?
   Г.РОНИНСОН <тихо>: Что я буду говорить после такого.   
   Г.ВАЙНЕР: Что он сказал?    
   А.ВАЙНЕР: Что я буду говорить после такого.
   Г.ПОЖЕНЯН: После Арканова тяжело, конечно, но я думаю всё-таки, — что вы превозможете.
<Аплодисменты>
   ГОЛОСА: <Неразборчиво> 
   Г.ВАЙНЕР: Витю Павлова...
   Г.ПОЖЕНЯН: Ничё, ничё, он идёт, он идёт. 
   А.ВАЙНЕР: Витю Павлова не забудь. 
   Г.ПОЖЕНЯН: Не забуду. Щас Витю...
   Г.ВАЙНЕР: Рабочий человек.
<Аплодисменты>
   Г.ПОЖЕНЯН: Возьми, вон...
<Смех>
   Г.РОНИНСОН: Товарищи, войдите в моё положение. <Смех> Я не знаю о чём говорить. Здесь очень много говорили хороших слов, но я вынужден быть каплей дёгтя.
   ГОЛОСА: <Смех> — Тш-ш...
   Г.РОНИНСОН: Я думал, что Вайнеры расскажут одну вещь, но они не сказали. То, что они хорошие писатели — возражать я не буду. Это так, я люблю их читать. Но так как они написали мою роль "Лекарство против страха" — это ужасно. Я прочёл и просто бросил её. Она скатилась и я смотрю — роль Понтяги. Понтяги? В детективе? Что-то может получиться? И я сам написал. Всё переписал сам. Я не требую от вас никаких гонораров. <Смех> Да. Но, понимаете, они э... к чести их... они прочли мой опус и согласились. Это редко бывает у писателя. Но "Понтяга", кажется, хорошее название для детектива. И всё-таки они в... сделали очередное обрезание. Нет, я не о том. <Смех> В кино очень часто обрезают целые сцены. <Смех> Ну ладно, оставим эту тему. В общем, там было что? Что я написал? Прочесть, да? Значит, я сказал э... Понтяга — интересно само по себе и следователю я говорю: "Вы знаете, к своим папе и маме кроме глубокой благодарности — я ничего не питаю. Но дать мне такую фамилию — Понтяга — это же что-то где-то. Это же ни на что не похоже. И жулики-бандиты, услышав, что я — Понтяга, решили, значит, — свой в доску. Да тут бы возражали против этих выражений, но я уже поддался Вайнерам. Э... "Свой в доску" — и пошли ко мне массовым тиражом со своими блатными э... махинациями. Вот это они взяли и это... вырезали. Почему? Я не знаю. Вырезали ещё одну вещь. Э... Понимаете, какая вещь. Я... там у них в тексте было, что э... значит... Да... Что, значит, э... люди э... честные, которые работают в торговле... <пауза> <смех> награждаются, значит, значком "Отличник торговли". Я написал следущее... Я говорю: Я, товарищ следователь, я знаю, что я — честный. Я награждён значком "Отличник торговли". Всё. Но при всём том, что я знаю, что я — честный, что я э... — добропорядочный. Как только появляются в торговой сети работники милиции и органов — против всякой воли начинается усиленно колотиться сердце и подкашиваются ноги. И это тоже вырезали. Это нечестно. Извините.
<Аплодисменты>
   Г.ВАЙНЕР: <Неразборчиво>, Готлиб Михалыч, давайте сюда, что вы...
<Аплодисменты>

   Г.ПОЖЕНЯН: Актёр Малого театра, известный популярный артист Виктор Павлов.
<Аплодисменты>
   В.ПАВЛОВ: Я чуствую, что у нас у всех — время, настроение — каждому настроению есть свой промежуток временной. Мне э... я думаю, что э... Поженян мне не будет стучать. Я буду краток. Потому что... конечно, он прав. Раз — стукнуть, чем всю жизнь перестукиваться. Правильно? Поэтому... тут сравнивали братьев с Шиллером, который написал прекрасную... прекрасную пьесу. Я... я сижу щас э... вы знаете, как микрофон — он немножко как-то искренность отдаляет и как-то обязывает на официальность. Вот. Э... Я, значит, сижу и думаю, что самое лучшее, что надо сказать э... братьям, что они выполнили завет, мечты великого писателя, поэта Шекспира. И, играя роль Шута щас, — премьеру, — я вспомнил этот монолог Шута — со слезами во время бури он выходит и говорит:  
   "Когда появятся такие, такой, которые смогут... смогут совершить, когда попов пахать заставят, трактирщик пиво не разбавит, портной концов не утаит, сожгут не ведьм, а — волокит, в судах наступит правосудье, долгов не станут делать люди, забудет клеветник обман и не полезет вор в карман, закладчик бросит деньги в яму, развратник станет строить храмы — тогда придёт конец времён и сделается общей модой ходить ногами в эти годы".
   Эти годы, по-моему, начинают сбываться. Я тоже готовил свой номер, но буду краток и скажу им от всего сердца: <свистит>. <Смех, аплодисменты>
   Г.ВАЙНЕР: Геворкян...
   А.ВАЙНЕР: Потрясно...
   Г.ВАЙНЕР: Щас ведущий...
   А.ВАЙНЕР: Да...
   Г.ВАЙНЕР: Щас Геворкян, а потом Инин.

<Аплодисменты>
   Г.ПОЖЕНЯН: Автор музыки к фильму «Место встречи изменить нельзя» — Геворкян.
<Аплодисменты>
   Е.ГЕВОРГЯН: Мне, конечно, очень трудно подходить к микрофону после всех предыдущих выступлений, — но говорить надо что-то. И мне придётся говорить, потому что с Вайнерами у меня знакомство возникло совершенно случайно. Это знакомство стало таким глобальным в жизни... я теперь понимаю — почему они сегодня рассказали историю о том, как они написали первые свои шестьсот страниц. И они и людей, которые с ними работают — тоже заставляют также много работать. Я написал три часа музыки для их фильма, три часа музыки. Но, к сожалению, не вся музыка вошла. И сегодня я вам сыграю одну тему, которая вошла в фильм и одну тему, которая, к сожалению, — не вошла.
   Г.ВАЙНЕР: Молодец.
<Аплодисменты> <Исполнения - нет> <Аплодисменты>

<—>
   А.ИНИН: Извините, тут всё преувеличено насчёт известного кинодраматурга, насчёт прекрасной заявки, но поручение такое было у меня. Я, в общем, эту заявку вам прочту. Значит...
   Г.ПОЖЕНЯН: Токо громко, если можно... 
   А.ИНИН: А не слышно, нет?
   Г.ПОЖЕНЯН: А то слышу токо я.
   А.ИНИН: Гриш, вот... Мне после Геворкана трудно настроить. Так... Так слышно? А? Слышно. Видно? Ну, хорошо. 
   Значит, эта заявка на сценарий э... полнометражного, естественно, широкоформатного антихудожественного фильма о жизни и творчестве больших русско-советских писателей — братьев Вайнеров. Условное название: "Брат мой — враг твой". Затемнение. Из затемнения на экран выплывает бывшая Сухаревка, бывшая клоака бывших пережитков бывшего капитализма, — а ныне цветущая колхозная площадь. В этих краях прошло босоногое детство братьев Вайнеров. Здесь они вкушали фрукты познания, плоды просвещения местных мичуринцев: апельсины на центральном рынке, малина на Трубной площади, клубничка в Лиховом переулке. Титр: большие русские писатели родились в маленькой еврейской семье. Крупно — маленькая еврейская семья, мелко — большие русские писатели. <Смех, аплодисменты> Георгий родился на семь лет позже Аркадия и это опоздание ему не далось наверстать за всю последующую жизнь. Титр: два брата — два детства. Параллельным монтажом идут такие разные судьбы таких родных братьев. Нелёгким было счастливое детство Аркадия. В десять лет его отдали в пионеры. <Смех> Всё время в школе Аркадию было стыдно смотреть в глаза товарищам. Он — был отличником. Эти годы учёбы надолго запомнились его школьным учителям. Многих из них Аркадий обучил грамоте. <Смех> Нерадостным было и радостное детство Георгия. Мальчик рос мечтательно беззащитным. Вся улица мечтала, но не могла от него защититься. <Смех> Георгий рано перепробовал множество профессий: был дежурным по классу, вытирал доску, прятал от учителя мел. Георгий терпел большую нужду и малую, потому что из класса по нужде не выпускали. <Смех> Знали, что он не вернётся. <Смех>...

        Появление сообщений об ошибках при обращении к файлам RealAudio, mp3, txt означает, что к серверу, на котором размещены эти файлы, нет доступа. Повторите запрос спустя некоторое время или на следующий день.
        Об ошибках в работе сайта Вы можете сообщить нам по e-mail .

        Если Вы располагаете любой информацией об этой записи (воспоминания очевидцев, недостающие песни, песни в полном объеме или с лучшим качеством, отсутствующие комментарии, фотографии, публикации с упоминаниями и т.д.), пожалуйста, свяжитесь с нами по e-mail :