<Продолжает наигрывать> Скажи, когда можно будет.
   ГОЛОС: <Неразборчиво>
   Б.АХМАДУЛИНА: Вот у нас сегодня было одно <неразборчиво> вспомнил, говорит, у одного где-то он в исторических книжках, он читал там воспоминания одного какого-то <неразборчиво>, он пришёл на ба…
<—>

   Ф.ПЛЯЙТГЕН: Угу...
   МУЖСКОЙ ГОЛОС: Ну, я готов, Фриц. Я готов.
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: Пожалуста…
   МУЖСКОЙ ГОЛОС: Начали.
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: Работает?
   МУЖСКОЙ ГОЛОС: Ой-ой-ой…
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: <Неразборчиво по-немецки>.

   Ну чё, может быть, чайку попьём, а?
   ЖЕНСКИЙ ГОЛОС: Знаешь, чай настоялся…
   Собачка, иди сюда...
   ЖЕНСКИЙ ГОЛОС: Кутя она…
   Ну, иди сюда, кутя, иди сюда, пёсик... иди сюда, иди сюда, мой хороший, иди ко мне поближе…
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: Иди, иди...
   А?..
   ЖЕНСКИЙ ГОЛОС: Но она распластывается…
   Она моментально, сразу же ложится…
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: Ага…
   ЖЕНСКИЙ ГОЛОС: Давай сюда, идём. Ну, ну, пойди сюда ближе, ближе… Ну-ка, давай сюда, кутяша, поди сюда, ну-ка быстро… ну-ка быстро сюда...
   Давай для… для... для камеры попробуем…
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: Нет, не хочет, не хочет…
   МУЖСКОЙ ГОЛОС: Так, ну я пока кончил. Фриц, щас я…
   ЖЕНСКИЙ ГОЛОС: Иди сюда, кутяшка… иди, иди... Вот так... вот она умеет…
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: Да, но, пожалуста, б… э… э…
   ЖЕНСКИЙ ГОЛОС: Самое большое счастье…
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: Э…
<—>
   ЖЕНСКИЙ ГОЛОС: Жарко… <Смеются> Жарко…
   А ты что думаешь, знаешь, как он... Это не каждый день так вот...
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: Так собака неплохо живёт, да?
   Собака живёт хорошо, а чё ей? <Неразборчиво>.
   А у неё тоже собачья жизнь. Это она просто приготовилась к съёмке и ей очень хорошо, светло. А так что она? Дом охраняет… <Откашливается> Вань…
   ЖЕНСКИЙ ГОЛОС: <Неразборчиво>, значит так. Сева, а Вам как… пить чай?
   Боря прячет кудай-то бутылки в заначку. А?
   ЖЕНСКИЙ ГОЛОС: …просто полный, правильно… просто потому что там три... три ложки, а ты не просил. Могу ещё…
<—>
   Тонечка, а ты можешь долить сюда чего-нибудь э… в смысле…
   ЖЕНСКИЙ ГОЛОС: А ты мне говоришь, как лить…
   Нет, ну ты… да так, но только полную.
   ЖЕНСКИЙ ГОЛОС: А, вот полную… Хорошо, щас ты дольёшь, крепко будет, кре...
<—>
   ЖЕНСКИЙ ГОЛОС: …кому ещё надо?..
   Нет, во-первых, они увидят эти деревянные стены и всё поймут.
   ЖЕНСКИЙ ГОЛОС: …потому, что <неразборчиво>.
   …не было средств на штукатурку…
   ЖЕНСКИЕ ГОЛОСА: …но тада уже скипит. Смотри как… попробуй, вкусно очень, Нин, попробуй ещё раз. — Не так уж вкусно.
   ГОЛОС: Ну что, я снимаю.
   ЖЕНСКИЕ ГОЛОСА: Как положено... — На...

   Вот это я им спел… всем нашим уважаемым телезрителям.
   ГОЛОС: Прекрасно.
   ЖЕНСКИЕ ГОЛОСА: Кутя, давай, чеши… — А как его... Как его хоть зовут? — Кутя, жарко что ли?
   Дай ему... Вот покажи.
   ГОЛОС: Ещё ест в камеру.
    Покажись, потому что мы же не будем делать вид, что у нас скрытая камера. И как мы любим собак, животных, чтобы знали.
   ЖЕНСКИЙ ГОЛОС: Кутя, бе…
<—>
   ЖЕНСКИЙ ГОЛОС: …а жарко ведь… Она привыкла к нормальной температуре.
   МУЖСКИЕ ГОЛОСА: Как раз тридцать пять градусов... — Камин догорел. — …мороза, конечно.
   ЖЕНСКИЙ ГОЛОС: Щас мы откроем форточку.
   Б.АХМАДУЛИНА: <Неразборчиво>
<—>
   Б.АХМАДУЛИНА: Там Женька шикарно, знаешь, он пришёл, <неразборчиво>.
   ГОЛОСА: <Неразборчиво>
   Елизавета Иннокентьевна, <неразборчиво>.
   ГОЛОСА: <Неразборчиво> — Елизавета Иннокентьевна,  <неразборчиво>.
<—>
   ЖЕНСКИЙ ГОЛОС: …там, там, основной счётчик…
   А что, что спеть-то? <Неразборчиво>... что ещё хочешь?
   ЖЕНСКИЙ ГОЛОС: …а без… а без фонограммы...
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: Что ты хочешь?
   ...нельзя спеть. Странно.
   Без фонограммы я спою, потом.
   МУЖСКОЙ ГОЛОС: Ты нам можешь что-нибудь Рождественского…
   Я сегодня до зари… Да?
   Я... щас я вс… вспомню.

   К сожалению, я её забыл, к сожалению.
   А?..
   ГОЛОС: Лебедей...

   Такая песня…
   Это всё не годится, потому что это, так сказать, не...
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: Почему?
   Даже для фона. Это потому что очень плохо и сделано не по… не по музыке, не по чему, просто так. Я щас чё-нибудь придумаю для фона.
   МУЖСКОЙ ГОЛОС: <Неразборчиво>.
   А? А?
   МУЖСКОЙ ГОЛОС: Мою любимую, известную... для лейтенанта.
   А-а... 
   МУЖСКОЙ ГОЛОС: Нет?
   А я не вспомню её.
   ЖЕНСКИЙ ГОЛОС: Девушка, послушайте меня, ноль семь, ноль семь, девушка милая...
   МУЖСКОЙ ГОЛОС: Девушка?..
   Я щас, надо чё-нибудь вспомнить просто из... это жизнь иначе <Откашливается>
   ЖЕНСКИЙ ГОЛОС: Дует тебе Вов, дует?
   МУЖСКОЙ ГОЛОС: Вобще дует, но не <неразборчиво>.
   ЖЕНСКИЙ ГОЛОС: Закройте…
   Дует, конечно.

   ГОЛОС: <Неразборчиво>
   Хватит!
   ГОЛОСА: <Неразборчиво>
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: <считает говорит по-немецки>, декабря двенадцатого.
   Вот такая шуточная песня, которую я вам спою. Называется она "Песенка о переселении душ".
   МУЖСКОЙ ГОЛОС: Как… как... какой?..
   "О переселении душ". Это э... значит, история... Ну, вы знаете, что мы после смерти не умираем, так считается по их религии. А душа наша переселяется: в животных, в растения, в предметы. В общем, ко… кто куда сможет, тот туда и переселяется. Вот такая шуточная песня.

  —>

   Ф.ПЛЯЙТГЕН: Володя, я… я не очень говори... не очень хорошо говорю по-русски, но несколько вопросов можно, да?
    Да, пожалуста.
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: Кто пишет Ваши песни?
<Смех в комнате>
   Я сам пишу песни. Я вобще... Это же не песни, это та… такие куплеты под гитару, в общем. Это... Э... Э... И-и я пишу тексты и-и сам сочиняю музыку на них, и сам пою. И стараюсь петь их только сам я, потому что это моё и я, значит, как хочу — так и пою. И другие люди могут спеть лучше, но не так. И вобще, я не люблю, когда вот, например, мои песни поют другие, либо певцы, исполнители. Вот так.
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: Сколько песен вы уже писали?
   Ой, очень много, ну... Я давно уже пишу, лет, наверно, десять. Наверно, ну скоко... Ну, шестьсот.
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: Шестьсот.
   Думаю, что да.
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: И о чём?
   Ну, они совсем разные. Вы знаете, это... Не знаю. Про жизнь. Хотя в разных жанрах, так сказать... Иногда сказки, иногда — бурлески, шутки, иногда такие просто, ну что ли, на маршевые ритмы, такие выкрики. Ну, это п... про всякие, ну, про… про наши дела, про нашу жизнь. И про мысли свои, что ли, про что я думаю.
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: Есть у вас такая традиция уже? Так...
   Ну что значит традиция? Вы имеете в виду, есть ли у меня какое-то, там, кредо, что ли? Ну, про это лучше не говорить, это надо слушать песни и самому как-то делать вы… выводы, потому что, если бы я мог сформулировать, чего я хочу и о чём я думаю, я бы тогда их не писал, а просто написал бы на бумажке несколько строк, что вот я считаю, что должно быть так, так, так, так, так и так. И на этом за… и на этом бы закончил. Вот. А если я их пишу, эти самые песни и тексты, то значит, наверно, так же долго нужно рассказывать, сколько они будут звучать. А шестьсот песен будут звучать, ну я думаю, пару суток.
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: Ну как буржуазный корреспондент, я могу спрашивать провокативн... вопрос.
   Ну, давайте, давайте, давайте...
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: Хорошо. Э… Э... Нравится э... вашу… э… вашему э... п... начальства ваши песни?
   Б.АХМАДУЛИНА: Нет начальства...
   Вы зна… нет, это… это как раз это не провокационный вопрос. Я думаю, что некоторым нравится, а некоторым — нет. Как, в общем, э... Дело… дело в том, что вот этот жанр, в котором я это делаю, он у нас не... не привился пока. Хотя во всём мире очень много певцов, которые поют э... н-на свою музыку свои тексты и сами исполняют, у нас это как-то не очень принято, потому что у нас привыкли, чтобы песня делалась тремя людьми: композитором, автором и певцом. А когда один человек, да ещё не обладающий вокальными данными это делает, это сразу вызывает, м... так сказать, такую осторожность. Поэтому я думаю, что и... из-за этого довольно сложно пробивать путь вот этому вот жанру. Но я думаю, что есть люди, которым это уже нравится.
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: Угу.
   Так вот.
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: Вы знаете Вольф э… Вольфа Бермана?
   Знаю. И много мне про него...
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: И как э...
   Я слышал, но очень мало, к сожалению. Я думаю, что... и так, как мне говорили, обязательно, когда приезжают из других стран, обязательно находят кого-то похожего на то, что я делаю. Они говорят, что мы с ним делаем какие-то похожие... вещи.
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: Вы были в Западе?
   Я был, да. Я был в-в... несколько раз на Западе..
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: И в ФРГ тоже?
   И в ФРГ тоже, но, к сожалению, проездом, но, во всяком случае, я всё-таки некоторые интересные города, как, например, Кёльн, я видел неоднократно, был. У меня даже там есть такие сентиментальные места, где я люблю бывать. И был я ещё в нескольких городах, из которых больше всего запомнился Гёттинген. Тоже проездом, правда, но всё-таки я там провёл два дня и ночь.
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: Э... Вы тоже большо…  э... великий э... актёр, но как ваша зн... самая любимая роль?
   Ну, в... на... всегда, наверно, каждую последнюю, но у меня есть любимая роль. Даже не одна, а две. Я люблю Гамлета, которого играю, и...
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: Угу. 
   ...Галилея, брехтовскую пьесу "Галилей", где я играю Галилея.
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: И что вы хотите ещё играть?
   А-а я не знаю, я не могу Вам сказать. Но я б, например, хотел... а... Есть у меня одна. Я хотел бы Калигулу сыграть, есть такая пьеса Камю "Калигула". Вот. Да нет, много ролей, которых можно было бы сыграть. Но меня это сейчас так особенно... не особенно интересует то, что я буду там играть в будущем, потому что э... я, наоборот, сейчас хочу больше заниматься писанием и вот этим делом, чем, скажем, сценой.
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: Это для вас э... Для вас что это важнее — это песни или...
   Ну, раньше я говорил, что одинаково и то, и другое. Но теперь, мне кажется, что всё-таки м-м... песни и стихи.
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: И почему?
   Ну, потому что я сам это делаю, а актёрская профессия это всегда исполнительская. Над тобой ещё есть люди, режиссёр, автор, потом начальство и господь Бог.
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: Ну что вы хотите ещё сказать э… песне?
   Что я ещё хочу в песне <неразборчиво>?
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: Да.
   Не знаю, как будет идти, я ещё точно не знаю, что я скажу. Чё-нибудь скажу, наверное.
   ГОЛОС: <Неразборчиво>
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: Не надо...
<—>
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: Пожалуста, Белла.
   Б.АХМАДУЛИНА: Я, вот, сожалею, что у меня нет стихотворения, впрямую посвящённого Володе, я ему… оно там где-то бродит в закоулках моего ума, правда, я всегда-всегда хочу его написать и напишу когда-нибудь.
   Но пока не имею и прочту стихотворение… не знаю, любое какое-нибудь. Одно вот прочту, оно просто звучит красиво. Оно посвящено Ахматовой и называется «Снимок».

   А Вы представили Беллу?
   ГОЛОС: Да.
   Представили? Это Белла Ахмадулина... Давай я скажу всё-таки. Белла Ахмадулина — это великая русская поэтесса. Белла Ахмадулина и наш… друг. Всё. Убери. Передай <неразборчиво>.
   Ф.ПЛЯЙТГЕН: Спасибо.

        Появление сообщений об ошибках при обращении к файлам RealAudio, mp3, txt означает, что к серверу, на котором размещены эти файлы, нет доступа. Повторите запрос спустя некоторое время или на следующий день.
        Об ошибках в работе сайта Вы можете сообщить нам по e-mail .

        Если Вы располагаете любой информацией об этой записи (воспоминания очевидцев, недостающие песни, песни в полном объеме или с лучшим качеством, отсутствующие комментарии, фотографии, публикации с упоминаниями и т.д.), пожалуйста, свяжитесь с нами по e-mail :